Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Обновлено: 20 апреля 2020
23116Европейская клиникаИммунотерапия при меланоме: эффективность лечения Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Меланома — одна из самых агрессивных и опасных опухолей. Она рано распространяется на близлежащие лимфатические узлы и дает метастазы в различные органы.

Распространенность меланомы постоянно растет во всем мире, в том числе и в России. Еще совсем недавно наличие метастазов и невозможность удалить опухоль хирургическим путем означали для больного неминуемую смерть.

В последние годы появились новые эффективные препараты, которые помогают увеличить выживаемость пациентов с меланомой на поздней стадии. Одно из наиболее перспективных современных направлений — иммунотерапия.

Клетки с поврежденными генами, способные давать рост злокачественной опухоли, постоянно образуются в организме любого человека. Но иммунная система вовремя находит и уничтожает их. Когда количество переродившихся клеток достигает определенной критической величины, защитные механизмы перестают адекватно работать. Иммунные клетки не реагируют на опухоль, не атакуют её.

Задача иммунотерапии — активировать иммунную систему, снять имеющиеся блоки, запустить процесс распознавания и уничтожения опухолевых клеток.

Сегодня для этого используются моноклональные антитела — вещества, которые воспринимают определенные молекулы в качестве антигенов, связываются с ними, тем самым активируя иммунные клетки.

Названия всех таких препаратов имеют окончание «-маб» (от англ. monoclonal antibody — «моноклональное антитело»):

Также эффективными средствами для борьбы с меланомой на поздних стадиях являются ингибиторы BRAF — белка, который образуется в результате мутации в одноименном гене и запускает процесс бесконтрольного размножения клеток. Поговорим о каждом из этих препаратов подробнее.

Получить программу лечения

Кейтруда

Кейтруда (другие названия: Пембролизумаб, MK-3475) — инновационный препарат, который был одобрен FDA (Американским управлением по надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов) в сентябре 2014 года, и в настоящее время уже достаточно широко применяется для лечения меланомы на поздних стадиях.

В 2014 году Кейтруда получила статус «приоритетное рассмотрение» и «прорыв в медицине». Это означает, что Пембролизумаб был включен в группу лекарственных средств, способных повысить эффективность и безопасность лечения редких и серьезных заболеваний. Именно поэтому препарат был так быстро одобрен и внедрен в клиническую практику.

Обычно это происходит намного дольше.

Как действует Кейтруда?

Препараты для иммунотерапии меланомы и других злокачественных опухолей существуют уже достаточно давно. Но они всегда имели низкую эффективность, и до недавнего времени ученые не знали, как справиться с этой проблемой.

Задача иммунотерапии — активировать иммунную систему больного, заставить её атаковать и уничтожать раковые клетки. Долгое время препятствием для достижения этой цели становился белок PD-1. Это иммуноглобулин, молекулы которого встроены в клеточные мембраны. Он играет роль в дифференцировке иммунных клеток.

Белок PD-1 блокирует работу иммунной системы. Он не дает Т-лимфоцитам распознавать и уничтожать раковые клетки.
Кейтруда содержит моноклональные антитела, которые блокируют PD-1. Препарат помогает убрать «тормоз», благодаря чему лимфоциты приобретают способность атаковать опухолевую ткань.

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Когда применяется этот препарат?

Показания к применению Кейтруды:

  • метастазирующая меланома на поздних стадиях;
  • неоперабельная меланома;
  • отсутствие эффекта от лечения другими препаратами.

Насколько эффективна Кейтруда?

В Калифорнийском Университете в Лос-Анджелесе было проведено исследование, в котором приняли участие 173 человека с диагностированной прогрессирующей меланомой. Их разделили на две группы.

В одной из них пациенты получали стандартную дозу препарата 2 мг на килограмм массы тела через каждые 3 недели. Во второй группе доза была увеличена в 5 раз (10 мг/кг).
У 24% пациентов, получавших препарат в дозе 2 мг/кг, опухоль уменьшилась более чем на треть.

Повторный рост меланомы не отмечался, а эффект препарата сохранялся от 1,4 до 8,5 месяцев (в отдельных случаях — дольше).

Безопасна ли Кейтруда?

Второе исследование было проведено с участием 411 пациентов, которые имели прогрессирующую меланому и принимали Кейтруду. При этом тяжелые побочные эффекты со стороны кишечника, легких и печени отмечались редко.

Чаще всего у больных возникали такие побочные эффекты, как повышенная утомляемость, кашель, тошнота, сыпь, кожный зуд, снижение аппетита, запор, диарея, боли в суставах (источник данных об исследованиях — https://www.medicalnewstoday.com/articles/282101.php).

Опдиво

Опдиво (другое название — Ниволумаб) — препарат из группы моноклональных антител, одобренный FDA в конце декабря 2014 года.

В 2014 году этот препарат получил статусы: «принципиально новое лекарственное средство», «орфанный препарат», «ускоренное рассмотрение». Ниволумаб, так же, как и Кейтруда, был одобрен по ускоренной процедуре.

Как работает Опдиво?

По механизму действия препарат представляет собой аналог Кейтруды. Он блокирует рецептор PD-1, который снижает активность Т-лимфоцитов, не дает им распознавать и атаковать иммунные клетки.

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

В каких случаях планируется применять Ниволумаб?

Показания к применению препарата:

  • прогрессирующая неоперабельная меланома;
  • отсутствие эффекта от лечения Ипилимумабом;
  • меланома, при которой имеется мутация гена BRAF, но применение ингибиторов BRAF не приносит эффекта.

Насколько эффективен Ниволумаб?

Эффективность Опдиво была изучена во время исследования, в котором приняли участие 120 больных с неоперабельной метастатической меланомой. В ходе применения препарата у 32% пациентов отмечалось существенное уменьшение размеров опухоли. Эффект сохранялся в течение 6 месяцев.

Безопасность

Также было проведено исследование, во время которого оценивалась безопасность препарата. 268 больных получали Ниволумаб, 120 — классическую химиотерапию.
Наиболее распространенные побочные эффекты, отмечавшиеся у больных, принимавших Опдиво: зуд, кожная сыпь, инфекции верхних дыхательных путей, кашель, задержка жидкости в организме (отеки).

Редко отмечаются тяжелые нарушения со стороны легких, толстой кишки, печени, почек и желез внутренней секреции. Эти побочные эффекты связаны с действием препарата на иммунитет (источник данных об исследованиях — https://www.medicalnewstoday.com/releases/287399.php).

Ервой

Ервой (другие названия — Ипилимумаб, MDX-010, MDX-101) — препарат для лечения меланомы на поздних стадиях, одобренный FDA в марте 2011 года.
Ипилимумаб в настоящее время широко применяется для лечения метастазирующих и неоперабельных меланом на поздней стадии.

Как действует Ервой?

Как и другие препараты из группы моноклональных антител, Ипилимумаб действует не на саму опухоль, а на иммунную систему. Организм начинает самостоятельно уничтожать переродившиеся раковые клетки.

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

На поверхности иммунных клеток, — Т-лимфоцитов, — находится особый рецептор CTLA-4. Ипилимумаб, являясь антителом, воспринимает этот рецептор как антиген и присоединяется к нему, тем самым активируя лимфоцит.

При применении Ервоя пятилетняя выживаемость больных достигает 16%. Препарат обладает эффективностью 80% и более: это проявляется в уменьшении размеров метастазов, снижении раковой интоксикации, повышении качества жизни. Ервой дает более медленный эффект, чем Зелбораф и другие ингибиторы BRAF (см. ниже). Но он действует более продолжительно.

В большинстве случаев препарат переносится пациентами хорошо. Возможны побочные эффекты, такие как: общее недомогание, высыпания на коже, жидкий стул.
Редко встречаются более тяжелые поражения кожи, слизистых оболочек, печени, периферических нервов, эндокринных желез

Зелбораф

Зелбораф (Вемурафениб) — препарат из группы ингибиторов BRAF, применяемый для иммунотерапии метастазирующей меланомы на поздних стадиях. Он был одобрен FDA в августе 2011 года, а Европейским агентством лекарственных средств — в 2012 году.
Механизм действия. Что такое ингибиторы BRAF?

Зелбораф стал первым препаратом для лечения меланомы из группы ингибиторов BRAF.
BRAF — ген, который кодирует одноименный белок-фермент. Он обеспечивает размножение клеток под контролем гормонов и факторов роста.

В результате мутации гена BRAF происходят нарушения:

  • избыточное деление клеток;
  • ошибочная устойчивость клеток к апоптозу — запрограммированной естественной гибели.

Это приводит к возникновению раковой опухоли. Вемурафениб блокирует белок BRAF. Препарат действует очень быстро: после начала приема таблеток размеры опухоли обычно существенно уменьшаются в течение месяца. Одновременно нормализуется состояние больного, уменьшается раковая интоксикация.

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Показания к применению

Зелбораф применяется для лечения меланомы на поздних стадиях. Препарат эффективен только в том случае, если у больного имеется мутация гена BRAF.

Если же в клетках меланомы этот ген нормален, то препарат может, напротив, ускорить рост опухоли.
Поэтому перед назначением Вемурафениба всегда проводится молекулярно-генетическое исследование.

Сегодня FDA одобрен инновационный тест THxID BRAF Kit, разработанный компанией bioMérieux.

Узнать точную стоимость лечения

Дабрафениб

Дабрафениб (Тафинлар) — новый препарат для иммунотерапии меланомы на поздней стадии, относящийся к группе ингибиторов белка BRAF. Он был одобрен FDA в 2014 году.

Как действует Тафинлар?

Дабрафениб, как и Зелбораф, блокирует белок, который образуется в результате мутации гена BRAF.
Согласно статистике, около 50% всех больных меланомой на поздних стадиях имеют мутацию этого гена. Её распространенность зависит от расположения опухоли:

  • больные с меланомой на коже имеют мутацию более чем в 50% случаев;
  • меланома слизистых оболочек содержит мутировавшие клетки в 5% случаев;
  • меланома глаза никогда не сопровождается такой мутацией.

Когда применяется Дабрафениб?

Показания к применению препарата:

  • метастазирующая меланома на поздних стадиях;
  • неоперабельная меланома.

При применении Дабрафениба не назначаются другие виды лечения меланомы, такие как иммунотерапия, лучевая терапия, химиотерапия.

В 2012 году в журнале «Ланцет», — одном из самых авторитетных медицинских изданий, — были опубликованы результаты сравнения эффективности Дабрафениба и Дакарбазина — препарата, который наиболее часто используется для лечения меланомы.

Выживаемость пациентов, принимавших Дабрафениб, оказалась существенно выше.
В 2014 году ученые опубликовали обновленные результаты исследования.

В течение 2-х лет выживаемость пациентов, принимавших Дабрафениб, составила 45%, а тех, кто получал Дакарбазин — 32%.

Чаще всего при приеме Дабрафениба отмечаются такие побочные эффекты, как утолщение кожи (гиперкератоз), лихорадка, головная боль, боли в суставах, потеря слуха, папилломы кожи.

 Наиболее тяжелые возможные побочные эффекты, которые встречаются редко: падение артериального давления, тяжелые ознобы, обезвоживание, тяжелые нарушения функции почек, повышение уровня сахара крови.

Перед назначением препарата всегда проводят исследование, которое помогает убедиться, что у больного имеется мутация гена BRAF. Широко применяется тест THxID BRAF Kit.

Европейская онкологическая клиника сотрудничает с израильскими, европейскими и американскими врачами, которые накопили значительный опыт в лечении иммунопрепаратами последнего поколения.

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Иммунотерапия интерфероном при меланоме

Интерферон-альфа и интерлейкин-2 (ИЛ-2) — препараты, которые относятся к классу цитокинов, веществ, которые стимулируют иммунную систему. Их вводят внутривенно или под кожу. Цитокины могут быть назначены в двух случаях:

  1. При меланоме IV стадии. Интерферон и интерлейкин могут уменьшать размеры опухоли примерно на 10–20%. Их можно сочетать с химиопрепаратами.
  2. В качестве адъювантной терапии после операции. Цитокины применяют при меланомах, которые прорастают достаточно глубоко в кожу, в результате чего после хирургического лечения повышен риск рецидива. Интерферон-альфа и ИЛ-2 помогают предотвращать рецидивирование, но пока нет доказательств того, что они повышают выживаемость.

Во время лечения могут возникать такие побочные эффекты, как лихорадка, боли, озноб, депрессия, повышенная утомляемость. Иногда нарушаются функции печени и сердца.

Преимущества иммунотерапии при меланоме перед классической химиотерапией

Пожалуй, главное преимущество иммунотерапии перед «классической тройкой» лечения рака — химиотерапией, хирургией и лучевой терапией — в том, что она действует более физиологично. В то время как классические методы лечения нарушают и подавляют естественную иммунную защиту, иммунотерапия, напротив, активирует её.

Еще одно преимущество иммунотерапии в том, что она обладает так называемым «эффектом памяти». За счет этого лечебные эффекты в организме сохраняются в течение длительного времени после того, как завершен курс лечения. Это способствует повышению выживаемости.

Методы, которые применяются в иммунотерапии, в отличие от химиопрепаратов, не атакуют здоровые клетки. Благодаря этому побочных эффектов обычно меньше, они не такие серьезные. Как правило, с ними удается легче справиться с помощью поддерживающей терапии.

Наконец, иммунотерапия, открывает большие перспективы в лечении онкозаболеваний на будущее.

Иммунитет человека, его взаимодействия с раковыми клетками — область науки, в которой остается большой простор для исследований, еще предстоит узнать много нового.

Ученые и врачи не теряют надежду, что, возможно, в один прекрасный день это поможет кардинально изменить подходы к лечению рака, создать более эффективные методы и спасать больше жизней.

Отзывы об иммунотерапии при меланоме в Европейской клинике

Мне удаляли родинку в салоне. Это не первая родинка которую я удаляла, так что волноваться было вроде не о чем. А оказалось, что это меланома. Точнее не известно, была ли меланомой сама родинка, но эта процедура (криодеструкция) её как бы разбудила.

В клинике, конечно, мне рассказали, какое «умное» решение я тогда приняла, но ничего не поделаешь. Хуже всего то, что самой отделённой родинки не осталось — она же была разрушена. Это на заметку хозяйкам, которые доверяют такие процедуры косметологам.

Никогда так не делайте.

Показать полностью »

Только больница. Там эту родинку отправят на исследование и скажут о ней всё. Так вот, лечить мне хотели химией. То есть не то, что хотели, а доктор сказала, что точно надо будет проводить химиотерапию.

Читайте также:  Протоковый рак молочной железы: виды, симптомы, прогноз, лечение и степени

На всякий случай я обратилась в частную клинику, и там мне прямо с порога сказали, что никакой химиотерапии делать нельзя. Она работает только в 10% случаев, а ущерба для организма в десять раз больше чем пользы. Теперь есть препараты иммунотерапии. Это когда организм и сам может справиться, только ему надо помочь.

Они есть ещё не во всех больницах, поэтому в предыдущей мне и назначали химию. Но это, что называется, по-старинке. А вот на иммунотерапию я согласилась и приняла решение лечиться здесь. И не зря, как видите. Чувствую себя прекрасно.

Само лечение было не сказать чтобы тяжёлым — мне удалили участок кожи, с которого я удаляла родинку (сейчас под лопаткой просто очень светлое пятно с такой тонкой кожей на фоне моего многолетнего загара). А потом препарат. Результат, чтоб не сглазить, наилучший. По последним анализам, болезнь ушла.

А вот загорать и кое-что есть мне всё ещё нельзя. Да уже как-то и не хочется, после таких приключений. Не думаю о том, что случилось бы, если бы не эти великие доктора. И никому не советую много думать — просто ищите решения и они найдутся.

Запись
на консультацию
круглосуточно

+7 (495) 151-14-538 800 100 14 98

Иммунотерапия при меланоме

Меланому, как и большинство злокачественных процессов, способна вылечить только операция и преимущественно на ранней стадии развития. Одна из самых агрессивных опухолей малочувствительна к химиотерапии, но активно реагирует на противоопухолевую иммунотерапию, которую применяют и для профилактики рецидива, и при неоперабельном процессе, и при метастазировании.

Чем химиотерапия отличается от иммунотерапии

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Иммуно-онкологические препараты тоже приводят злокачественную клетку к гибели, разными путями активизируя естественную иммунную защиту. Без участия лекарств опрометчиво надеяться на защиту естественного иммунитета — он «спит», преднамеренно не реагируя на клетки организма, а раковые клетки тоже являются «родной» частью организма. Дополнительно опухоль продуцирует специальные белки, гасящие всякие поползновение к иммунному ответу. Иммунотерапия позволяет иммунным защитникам увидеть рак и принять меры к его уничтожению.

Как при меланоме работают иммунные препараты

Иммуно-онкологические препараты — это моноклональные антитела (МКА), то есть белковые тела, синтезируемые организмом на присутствие вражеского агента, как правило, бактерии и вирусы. Противоопухолевые МКА — пембролизумаб (кейтруда) и ниволумаб (опдиво) на поверхности меланомной клетки блокируют синтез определённых белков, которые позволяют иммунитету не замечать меланому.

Моноклональное антитело ипилимумаб (ервой) меняет чувствительность главного иммунного защитника Т-лимфоцита, чтобы он активнее нападал на раковые клетки.

В терапии меланомы используется естественный белковый продукт – альфа-интерферон (α-ИФН), синтезируемый клетками организма в ответ на вторжение вирусов, только в значительно более высоких концентрациях – в сотни и тысячи раз выше, чем способен воспроизвести весь организм. Не совсем ясен механизм противоопухолевого действия альфа-интерферона, но в многочисленных клинических исследованиях получен позитивный результат его применения для профилактики рецидива.

Таргетные препараты при меланоме

Третья группа противоопухолевых средств – таргетные препараты тоже нацелены на убийство злокачественных клеток, но через вмешательство во внутриклеточную биохимическую реакцию. Сбой в одном биохимическом звене приводит к нарушению всего процесса жизнедеятельности и гибели клетки.

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Таргетные препараты используются только при наличии в клетке маркёров – мутаций, если в течение месяца после операции не удаётся определиться с генетическим статусом, то считается, что мутация отсутствует.

Когда показана иммунная терапия

После операции профилактическое лекарственное лечение не проводится только при благоприятной меланоме начальных стадий – I-II, при всех прочих ситуация необходимо профилактическое лечение, причём начать его необходимо надо не позже 9 недель после операции. Длительность терапии 1 год, если пациент способен его переносить.

  • Профилактику или адъювантную терапию можно проводить альфа-интерфероном или ипилимумабом (ервой), который в клинических исследованиях показал неоспоримое преимущество по общей и безрецидивной выживаемости и снижении вероятности смерти от меланомы.
  • Противопоказания для проведения иммунотерапии: тяжёлые хронические заболевания сердца, почек или печени, аутоиммунные процессы и псориаз, психические болезни и беременность.
  • Лечение нельзя назвать лёгким, но с течением времени переносимость альфа-интерферона у большинства улучшается – нормализуется температура, проходит ломота в мышцах и суставах, но может ухудшиться биохимический состав крови и остаться слабость.

Лечение распространённой меланомы

При неоперабельной или метастатической меланоме без генной мутации или с неизвестной генетикой лечение начинают с иммуно-онкологических ниволумаба (опдиво) или пембролизумаба (кейтруда). При невысокой агрессивности хорошие результаты демонстрирует ипилимумаб (ервой).

При BRAF-мутации в первой линии предлагают таргетную терапию схемой из двух ингибиторов: кобиметиниб с вемурафенибом или траметиниб вместе с дабрафенибом.

При исчерпании их эффективности или нечувствительности используют МКА: либо каждые две недели ниволумаб (опдиво), либо через три недели введения пембролизумаба (кейтруда).

И только на третьей линии прогрессирования меланомы прибегают к химиотерапии.

Положительная мутация гена CKIT основание для выбора в качестве первого средства ниволумаба (опдиво) или пембролизумаба (кейтруда).

При предпочтении пациентом таблетированных форм можно начать с ежедневного приёма иматиниба.

В случае прогрессирования метастатического процесса переходят на то, что не использовалось в первой линии – иммуно-онкологические препараты заменяют иматинибом, иматиниб – иммуно-онкологическими. В третьей линии наступает черёд химиотерапии.

Правда и вымысел вокруг иммунотерапии. Интервью с онкологом Михаилом Ласковым

Иммунотерапия при меланоме: эффективность лечения

Что такое иммунотерапия?

Иммунотерапия – это относительно новый метод лечения онкологических заболеваний. Иммунотерапия не действует напрямую на опухоль, но заставляет иммунитет убивать раковые клетки. Это и есть принципиальное ее отличие от химиотерапии и таргетной терапии. 

По большому счету, иммунотерапия заставляет иммунитет делать то, что он и так должен, но не делает по каким-либо причинам. Например, иногда раковые клетки маскируются под здоровые, тогда иммунная система перестает воспринимать их как инородные и не уничтожает. Иммунотерапия может “снимать маску” с опухолевых клеток и помогать иммунитету распознавать их.

Справедливости ради нужно сказать, что сейчас поднялся очень большой хайп по поводу иммунотерапии, потому что вышли действительно эффективные препараты: авелумаб, атезолизумаб, дурвалумаб, пембролизумаб, ниволумаб и ипилимумаб. Но иммунотерапия началась, конечно же, не сейчас и даже не три года назад. Она очень давно применялась с переменным успехом. Как правило, с не очень большим.

Что же произошло сейчас? Появился новый класс препаратов, которые действуют на рецепторы PD1 и PD-L1. Именно эти рецепторы позволяют опухолевой клетке повлиять на иммунитет так, чтобы он перестал распознавать ее, и, следовательно, убивать раковые клетки.

Для лечения каких видов рака используется иммунотерапия?

Сначала эти препараты начали применяться при меланоме и имели большой успех. Почему именно при меланоме? Как мы понимаем, есть опухоли, которые лечатся относительно легко, а есть те, что лечатся очень плохо, рак поджелудочной, например.

Новые препараты стараются разрабатывать именно для труднолечимых раков. Меланома – это как раз один из таких труднолечимых раков, в лечении которого двадцать лет не происходило ничего хорошего, никаких новых высокоэффективных препаратов не появлялось.

Иммунотерапия показала себя очень эффективно при меланоме, все воодушевились и начали применять этот метод лечения на все раки, которые только могли. Тут, конечно же, очень быстро выяснилось, что где-то он работает, где-то не работает совсем, а где-то работает только в конкретных ситуациях.

Иммунотерапия сейчас успешно применяется при лечении рака легких. Как мы знаем, есть разные мутации и разные виды этого рака. И при некоторых из них иммунотерапия быстро заменила химию, оказалась и лучше, и безопаснее. Это очень большой успех. Но стоит помнить, что далеко не весь рак легких успешно лечится иммунотерапией.

  • В России иммунотерапию также используют при лечении рака почек, а на Западе – в случаях рака головы и шеи, лимфомы Ходжкина, рака мочевого пузыря и некоторых случаях рака печени.
  • Как объяснить, что иммунотерапия подходит только по показаниям и небольшому проценту больных?
  • Как и все, что есть в онкологии, иммунотерапия – это не панацея от всего рака. Это просто еще один способ воздействовать на опухоль, далеко не всегда эффективный и ни разу не безопасный
  • Использовать иммунотерапию можно лишь в ограниченном количестве случаев. На данный момент ее эффективность доказана только для следующих видов рака:
  • — меланома;
  • — немелкоклеточный рак легких;
  • — мелкоклеточный рак легких;
  • — рак почки;
  • — рак головы и шеи;
  • — лимфома Ходжкина;
  • — рак мочевого пузыря.
  • *** Иммунотерапия может быть эффективной в строго определенных ситуациях даже при вышеуказанных видах рака.

К тому же есть ряд побочных эффектов. И довольно серьезных. В некоторых случаях иммунная система начинает атаковать здоровые ткани и органы, что может вызвать такие осложнения, как:

  1. — пневмония,
  2. — гормональные нарушения,
  3. — проблемы с желудочно-кишечным трактом,
  4. — нефрит и нарушение функции почек,
  5. — мышечные боли, боли в костях и суставах,
  6. — ощущение усталости, слабость,
  7. — тошнота, диарея, нарушения аппетита и др.
  8. Впрочем, серьезные осложнения появляются в среднем только в одном случае из шести.

В октябре вы назвали Нобелевскую премию за иммунотерапию премией для маркетологов. Почему вы отреагировали именно так?

Вспомним историю прекрасного препарата бевацизумаб. Когда он вышел, маркетологи подняли хайп по поводу этого средства, которое останавливает рост сосудов в опухоли.

Начали из каждого утюга говорить о том, какое это чудо-чудо-чудо. В итоге, конечно, никакого чуда не было, и этот препарат нашел свое довольно ограниченное применение.

И по соотношению цена-польза он, вежливо говоря, далеко не идеален.

И вот уже на этой неделе ко мне толпами приходят люди, которые пытаются спастись при помощи иммунотерапии. И только максимум у 10 % из них этот метод можно пробовать с неизвестным результатом.

Вот про такую ситуацию как раз и было предостережение в этом посте. Потому что на этом сейчас можно быстро срубить много денег в России, именно срубить, а не заработать.

Ведь у людей есть все подтверждения: 1) не могли просто так дать Нобелевку; 2) все журналисты написали, что это чудо и панацея; 3) препарат стоит от 200 тысяч в месяц. Все сходится – Нобелевка, цена.

Отлично, квартиру продаем.

И тут еще какой-нибудь радостный доктор из частной клиники предлагает его назначить и прямо сейчас, ведь завтра может быть уже поздно.

И главное – очень хочется верить, что это спасет. Это ведь не гомеопатия, а высокая наука.

Как пациенту понять, назначают ему фейковые препараты или нормальные?

Это сделать можно, но необходимо, конечно, включать голову. Нужно много читать и стараться уметь разбираться в источниках.

Например, почитать гайдланы для пациентов NCCN или ESMO. Это англоязычные источники, NCCN – американский , ESMO – европейский. Кстати, мы сейчас переводим их на русский язык при помощи благотворительного фонда «Живой».  

Читайте также:  Лимфоциты: повышены, понижены, норма в крови, о чём говорят отклонения

Еще можно посмотреть русскоязычные рекомендации, но только профессиональные.

Тут проблема, конечно, в том, что на русском языке практически ничего нету. Существуют клинические рекомендации, но они для врачей. Для пациентов – почти ничего.

Вот у нас (на ютуб-канале Клиники амбулаторной онкологии и гематологии — примечание Profilaktika.Media) есть видео про иммунотерапию. Еще пара моих комментариев и несколько материалов моих коллег на эту тему.

Но в общем море «ура-ура, нашли лекарство от рака», «британские ученые доказали…» это может быть очень сложно найти.

А какие препараты иммунотерапии используются сейчас в России?

Их всего четыре, и они довольно дорогие. Это атезолизумаб «Тецентрик», пембролизумаб «Кейтруда», ипилимумаб «Ервой» и ниволумаб «Опдиво». И все, больше пока ничего нет, но много всего на предрегистрационной стадии.

Какие “методики” на рынке выдают за фальшивую иммунотерапию? Например, назначают профилактические капельницы с иммуномодуляторами против рака.

Инарон, рефнот, вакцины всякие, фракция АСД, всего и не упомнишь.

Как пациенту понять, что ему нужна и может помочь иммунотерапия и как ее можно попробовать получить в рамках ОМС?

Поговорить с врачом, почитать надежные источники (об этом выше). По ОМС пойти к химиотерапевту по месту жительства. Все, больше никак.

За счет чего иммунотерапия такая дорогая? Из чего складывается стоимость лекарства?

Разработка нового лекарства, действительно нового, как эти ингибиторы, стоит миллиард долларов. И семь лет после разработки формула защищена патентом. После этого срока буквально на следующий же день заранее скопированный препарат начинают продавать дешевле. 

Появляется большая конкуренция. Соответственно, за эти семь лет люди, работающие над созданием лекарства, должны вернуть себе “ярд” и заработать. Один “ярд” что в себя включает? Что из 10 лекарств, которые на ранней стадии компания начинает разрабатывать, до клиник доходит только одно, и это занимает лет двадцать.

Соответственно, вот и вся экономика, за 7 лет нужно всю стоимость отбить и немного заработать для акционеров. Очень сложно разрабатывать и очень просто копировать.

Как пациенту понять, что он наткнулся на мошенников?

Сигнальный значок – это, прежде всего, давление. Когда начинается – давайте скорее, уже вчера надо было начать применять препарат, думать вам некогда, по другим местам ходить нечего. То есть такие довольно простые элементы давления.

В онкологии, на самом деле, крайне редко бывает так, что необходимо вот прямо сейчас, сию минуту начать лечение.

Понятно, что если  требуют много денег и есть давление по времени, чтобы человек не успел одуматься, то, скорее всего, что-то не так.

Материалы конгрессов и конференций

адъювантНАЯ ТЕРАПИЯ МЕЛАНОМЫ

А.С. Барчук ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова» Минздрава России, Санкт-Петербург

Как известно, меланома кожи является одной из агрессивных форм злокачественных опухолей, обладающей высокой потенцией местного роста, регионарного метастазирования, способностью к диссеминации по коже, множественному метастазированию. Статистика меланомы кожи говорит о существенном росте ее абсолютных и относительных величин заболеваемости.

К сожалению, возможности самостоятельного хирургического лечения меланом, особенно у больных с повышенным риском метастазирования, являются весьма ограниченными. При планировании адекватной лечебной тактики должен иметь принципиальное значение тот факт, что «скрытая диссеминация» может иметь место при любой стадии развития меланомы.

По нашим данным, у 10-15% больных меланомой кожи I-II стадии в течение 5 лет после радикальной операции наступает генерализация процесса.

Безудержная тенденция этой злокачественной опухоли к быстрому и неуловимому распространению дает основание рассматривать ее как системное заболевание, которое требует не только местного, но и системного контроля.

Следовательно, радикальность вмешательства при меланомах, особенно у больных с опухолями II и III стадии весьма условна, причем не столько в хирургическом, сколько в биологическом отношении из-за наличия субклинических метастазов. Поэтому для повышения эффективности лечения меланом оправданы комбинированные подходы, предусматривающие сочетание радикальной операции с лучевым, лекарственным и иммунотерапевтическим воздействием.

Адъювантная лучевая терапия занимает весьма скромное место в комбинированном лечении меланом, в первую очередь, из-за общепринятого мнения о радиорезистентности данной опухоли. Однако, взгляды на значение облучения при меланомах далеко не однозначны, а иногда и прямо противоположны.

Несмотря на теоретическую «привлекательность» предоперационного облучения, которое имеет своей целью обеспечить «радиационную» абластику при последующей операции, большинство сторонников комбинированного лечения меланомы предпочитают послеоперационную лучевую терапию.

Задачи последней вытекают из неудач хирургического лечения и сводятся к воздействию на опухолевые клетки, рассеянные в операционной ране, а также на субклинические метастазы в местно-регионарной зоне, которые могут служить источником развития рецидивов.

Это особенно важно при локализации меланомы в местах (глаза, слизистые оболочки полости рта и т.д.), где соблюдение абластики затруднительно.

В целом же, за почти 43-летний период со времени публикации первой работы по хирургически-лучевому лечению меланом (Dickson R.S.,1958) исследователи не пришли к единому мнению об эффективности адъювантного облучения.

Это связано, в первую очередь, с отсутствием серьезных законченных рандомизированных исследований. Из заслуживающих внимания ретроспективных работ с историческим контролем можно выделить публикацию клиницистов Сиднейского меланомного центра (Stevens G. et al.,2000).

Авторы подвергли послеоперационному облучению 174 больных I-III стадии меланом /30-36 Гр в течение 18 дней/.

При сопоставлении результатов лечения облученных больных с аналогичной группой пациентов исторического контроля, подвергшихся только операции, отмечено достоверное улучшение безрецидивной выживаемости после комбинированного лечения.

По мнению же большинства исследователей, адъювантная лучевая терапия показана лишь при меланомах кожи IIIB стадии, локализующихся на голове и шее, особенно при множественных экстракапсулярных метастазах в лимфатических узлах. Что касается меланом I-II стадии, то адъювантная лучевая терапия не оказывает существенного влияния на отдаленные результаты.

Как уже отмечалось, неудачи хирургического лечения связаны, в первую очередь, с развитием отдаленных метастазов. Поэтому главный акцент в лечении меланом делается на системном контроле заболевания.

Появление новых химиопрепаратов, эффективных при метастатических формах меланомы, побудило исследователей использовать их с целью «химической антибластики». Так, в нерандомизированном исследовании Serrou B. и соавт.

(1979) показано, что адъювантная полихимиотерапия (винкристин + дакарбазин + кармустин) приводит к значительному улучшению выживаемости по сравнению с больными, подвергшимися только оперативному вмешательству.

В то же время, несмотря на серьезные теоретико-экспериментальные обоснования, расширение диапазона дополнительных терапевтических воздействий при лечении меланом, широкое применение адъювантной химиотерапии при этом заболевании сдерживается серьезными разногласиями не только во взглядах по частным вопросам методики, но и сомнениями в целесообразности применения ее вообще.

Сравнительно высокая эффективность дакарбазина при лечении метастатической меланомы определяет многочисленные попытки использовать его в адъювантном режиме. Рандомизированное проспективное исследование меланомной группы ВОЗ (протокол № 6), в котором принимал участие ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н.

 Петрова» Минздрава России, дало отрицательный ответ на целесообразность адъювантного использования данного препарата. Так, 192 больных получали в послеоперационном периоде дакарбазин по 200 мг/м2 в 1-5 день каждые 4 недели в течение 24 недель.

Безрецидивная и общая выживаемость этих больных не отличалась от аналогичных показателей у пациентов контрольной группы, получавших плацебо.

По данным Центральной онкологической группы (США), применение дакарбазина в послеоперационном периоде у больных меланомой II-III стадии (4,5 мг/кг в 1, 2, 5, 8 и 11 дни) привело даже к ухудшению выживаемости по сравнению с контролем.

Несмотря на удручающие результаты этих исследований, ряд авторов считают оправданным продолжить изучение адъювантной химиотерапии при меланомах с высоким риском метастазирования, возлагая надежды на новые, более эффективные препараты и технологии.

В этом плане заслуживает внимания отчет Университетского медицинского центра Двюка (Mensenbera B. et al.

,1993) по использованию адъювантной высокодозной химиотерапии (циклофосфан 1875 мг/м2 3 дня, цисплатин 55 мг/м2 3 дня, кармустин 600 мг/м2 в 4-й день) с последующей аутологичной трансплантацией костного мозга, который забирался за 2 недели до начала химиотерапии и вводился через 3 дня после завершения лечения.

Сравнение выживаемости у 39 больных меланомой кожи III стадии, имевших не менее 5 метастатических лимфатических узлов, не выявило значительных различий по сравнению с контролем, но время до прогрессирования процесса в основной группе было в 2 раза больше (соответственно 16 и 35 недель).

С целью повышения эффективности адъювантного лечения предпринимаются попытки сочетать химиотерапию с иммунологическим воздействием. В Онкологическом центре Хьюстона (Buzaid A. C. et al.,1998) изучали эффект пред- и послеоперационной биохимиотерапии у 64 больных меланомой кожи IIIB стадии.

Режим биохимиотерапии: цисплатин — 20 мг/м2 в/в 1-4 день, винбластин — 1,5 мг/м2 в/в 1-4 день, дакарбазин — 800 мг/м2 в/в 1-й день, интерлейкин — 2-9 млн. Ед./м2 в/в 1-4 день и интерферон альфа-2а — 5 млн. Ед./м2 п/к 1-5 день; 21-дневный цикл; 2 курса проводили до операции, при наличии регресса — еще 2 курса после операции.

Авторы подчеркивают перспективность данного режима адъювантной терапии, отмечая некоторую тенденцию в удлинении безрецидивного периода среди леченных больных.

Системное использование химиотерапии, в том числе в адъювантном режиме, серьезно сдерживается токсическими эффектами, что препятствует назначению цитостатиков в больших дозах. В то же время, регионарное перфузионное введение лекарств позволяет значительно повысить их концентрацию в крови и в опухоли.

Наибольший опыт перфузионной химиотерапии меланом кожи конечностей накоплен в Туланском университете Нового Орлеана (Muchmore S. et al.,2000). С 1957 г. такое лечение было проведено у 1088 больных меланомой конечностей с высоким риском метастазирования.

Авторы использовали мелфалан в дозе от 0,6 до 1,0 мг/кг для верхних конечностей и от 1,0 до 1,4 мг/кг для нижних конечностей. Результаты исследования показали уменьшение частоты местных и регионарных рецидивов у больных меланомой IIIB стадии по сравнению с контрольной группой.

Улучшение безрецидивной и общей выживаемости было статистически не значимо.

Анализ двух крупных Европейских многоцентровых рандомизированных исследований, проведенных в рамках EORTC (18832) и Меланомной группой ВОЗ (протокол № 15) позволил дать объективную оценку этому технологически сложному методу терапии (Lejeune F.,2001). В исследования были включены 832 больных из 17 центров Западной Европы.

В целом отмечена только некоторая тенденция к увеличению безрецидивного периода и уменьшению частоты транзитных метастазов у больных основной группы. Авторы пришли к выводу о нецелесообразности использования адъювантной регионарной перфузии в качестве стандарта при лечении меланом.

Такая процедура оправдана лишь при лечении рецидивов и множественных транзитных метастазов меланомы.

Таким образом, результаты проведенных исследований и собственный опыт позволяют нам сделать вывод о том, что проведение адъювантной химиотерапии у больных меланомой кожи I-II стадии не оправдано.

Что касается больных меланомой III стадии, то более точная оценка прогностических и предсказывающих факторов позволит выделить группу больных, для которых адъювантное введение цитостатиков позволит улучшить результаты лечения.

Так, например, мы убедились в оправданности профилактической химиотерапии у пациентов, имевших более 3 метастатических узлов. На наш взгляд, именно эта категория больных получает наиболее выраженный эффект от адъювантной химиотерапии.

Важнейшей составляющей лечения меланом является иммунотерапия. Благодаря накоплению огромного экспериментального и клинического материала, его переосмыслению сложились четкие теоретические предпосылки, определяющие принципиальную обоснованность адъювантной иммунотерапии при данной опухоли. В 60-70 гг.

Читайте также:  Жировики на лице: фото, причины, как быстро избавиться

наибольшее распространение при комбинированном лечении меланом получила адъювантная иммунотерапия природными и синтетическими средствами /вакцина БЦЖ, Corynobacterium parvum, левамизол, макадин и др./. К сожалению, первый клинический опыт применения вакцины БЦЖ выявил противоречивость полученных результатов. Это потребовало проведения рандомизированных исследований.

В одном из таких исследований (WHO, № 6), в котором мы принимали участие, профилактическая иммуностимуляция вакциной БЦЖ у больных меланомой I-II стадии оказалась неэффективной. Не оправдало надежду и адъювантное использование неспецифического стимулятора Corynobacterium parvum.

В контролируемых исследованиях не отмечено статистически достоверного увеличения продолжительности жизни больных при иммуностимуляции данным препаратом по сравнению с леченными только хирургическим методом.

Большое число публикаций посвящено адъювантному применению у больных меланомой кожи левамизола. Spitler L. и соавт. (1980) в рандомизированном исследовании не отметили влияния данного препарата на безрецидивную и общую выживаемость больных. В то же время, Quizt J. и соавт.

из Национального ракового института Канады в 1991 году опубликовали результаты кооперированного исследования, результаты которого дали авторам основания рекомендовать левамизол в послеоперационном периоде у больных меланомой кожи с высоким риском метастазирования.

Однако в большинстве онкологических центров не подтверждается эффективность левамизола в комбинированном лечении меланом.

На протяжении последних 20 лет во всем мире идет активное изучение эффективности адъювантного применения интерферонов при меланомах кожи с высоким риском метастазирования.

При этом основное внимание уделяется интерферонам-?, которые обладают антипролиферативным действием на опухолевые клетки, стимулируют клеточную дифференцировку, повышают активность клеток-киллеров, макрофагов, Т-лимфоцитов, участвуют в подавлении онкогенеза, регулируют процесс восстановления структурных дефектов ДНК (Kirkwood J.,1984). Первоначальный успех интерферонов при метастатической меланоме (лечебный эффект 15-20%) способствовал значительному росту их популярности в клинической практике и послужил основанием для изучения возможности их адъювантного применения на более ранних стадиях заболевания с целью снижения частоты дальнейшего метастазирования (таблица 1).

Таблица 1. Рандомизированные исследования по оценке эффективности адъювантной терапии интерферонами при меланоме кожи.

Прото- колавтор Число больных Результаты Схема лечения

Препарат
БРВ ОВ
II стадия
ИФ-a-2b ECOG 1684Kirkwood 31 20 млн. МЕ/м2 в/в 5 дней, 4 недели; затем 10 млн. МЕ/м2 п/к 3 раза в неделю, 48 нед.
ИФ-a-2a NCCTG83 -7052Creagan 102 +/- 20 млн. МЕ/м2 в/м 3 раза в неделю, 3 мес.
ИФ-a-2b ECOG 1690 112 20 млн. МЕ/м2 в/в 5 дней 4 недели; затем в той же дозе 3 раза в неделю, 2 года
ИФ-a-2a Франция- Grob 499 + +/- 3 млн. МЕ п/к 28 дней; затем в той же дозе 3 раза в неделю, 1 год
ИФ-a-2a Австрия Rehamberger 311 + +/- 3 млн. ЕД п/к 21 день; затем в той же дозе 3 раза в неделю, 12 мес.
ИФ-a-2b Шотландия Cameron 99 + 3 млн. МЕ п/к 3 раза в неделю, 6 мес.
ИФ-a-2b EORTC 18871Eggermont A. 340 1 млн. МЕ п/к через день, 12 мес
ИФ-a-2b EORTC 18952 380 +/- 10 млн. МЕ п/к 5 раз в неделю, 4 недели; затем 10 млн. МЕ п/к 3 раза в неделю, 11 месяцев; 5 млн. МЕ п/к 3 раза в неделю, 2 года
III стадия
ИФ-a-2a NCCTG Creagan 160 20 млн. МЕ/м2 в/м 3 раза в неделю, 3 мес.
ИФ-a-2b ECOG 1684Kirkwood 299 + + как и при II стадии
ИФ-a-2b ECOG 1684Kirkwood 314 + как и при II стадии
ИФ-a-2a WHO 16Cascinelli 427 3 млн. МЕ п/к 3 раза в неделю, 3 года
ИФ-a-2b EORTC 18871EggermontA. 490 как и при II стадии
ИФ-a-2b EORTC 18952Eggermont A. 1038 +/- как и при II стадии
    БРВ — безрецидивная выживаемость, ОВ — общая выживаемость

На этом пути, однако, встретилось много трудностей, которые не преодолены до настоящего времени. При анализе данных, представленных в табл. 1, обращает на себя внимание противоречивость результатов клинических испытаний, проведенных в США и в ведущих онкологических центрах Европы.

Первое серьезное контролируемое исследование было проведено Восточной кооперативной группой (ECOG) в США с целью оценки переносимости и эффективности высоких доз интерферона-a-2b (интрон-А) у оперированных больных меланомой кожи IIB-III стадий (Kirkwood S.M.,1996, протокол № 1684). В исследование были включены 287 больных.

Из них 143 получали адъювантно интрон-А в индукционном и поддерживающем режимах в течение 1 года. Средняя длительность наблюдения — 7 лет. Подчеркивалась хорошая сбалансированность основной и контрольной групп по прогностическим и предсказывающим признакам.

Эффект от проведенной адъювантной иммунотерапии коррелировал не только с продолжительностью безрецидивного периода, но и оказывал влияние на общую продолжительность жизни больных. Так, безрецидивный интервал в лечебной группе оказался равен 1,70 года, а в контрольной — 0,98 года (р

Иммунотерапия – новая надежда больных меланомой?

О новом, революционном подходе к лечению рака в Израиле.

Профессор Яков Шахтер, ведущий израильский хирург-онколог, заведующий Института по исследованиям рака кожи медицинского центра «Шиба», рассказывает о современных, революционных тенденциях в диагностике и лечении рака меланомы:

Традиционно, лечение раковых заболеваний было прерогативой хирургии, химиотерапии и лучевой терапии, но всё чаще раздаются голоса о возможностях новых методов лечения, более безопасных с точки зрения вреда нашему организму.

Все более ученых во всем мире, в том числе и в Израиле, склоняется в сторону новых методов лечения злокачественных опухолей: методов, которые базируются на возможностях нашей иммунной системы.

Хотя иммунотерапия злокачественных опухолей сравнительно молодое направление в медицине, но полученные в последнее время впечатляющие результаты исследований, позволяют рассчитывать на будущую доминирующую роль в лечение онкологии.

Возьмем обычный пример.Когда мы заболеваем гриппом, наша иммунная система начинает бороться с вирусом. Она борется, борется, организм создает защитные антитела, и в результате мы выздоравливаем. Антитела способны сохраняться в организме долгое время, и в случае возобновления болезни, они препятствуют её распространению.Если наша иммунная система способна самостоятельно создавать защиту против таких болезней как грипп, так почему нельзя использовать те же принципы при лечении онкологических заболеваний? Почему нельзя укрепить иммунную реакцию организма больного так, чтобы его иммунная система была способна самостоятельно противостоять раку?

Это очень важно, чтобы наш организм мог самостоятельно бороться с раком. Во-первых, потому что традиционное медикаментозное лечение никогда не будет оптимальным для всех больных: чей-то организм воспринимает лекарства, чей-то отторгает. Существует огромное количество раковых заболеваний, и трудно найти лечение, которое одинаково работало бы для всех.Во-вторых, химиотерапевтические препараты или лучевая терапия, которые, во многих случаях, действительно излечивают пациентов от рака, ослабляют иммунную систему организма, а значит, наносят значительный вред организму, и служат причиной многих других серьёзных заболеваний. Исследования показывают, что раковые клетки производятся в нашем организме все время, и иммунная система знает, как с ними справляться. Проблема начинается, когда раковым клеткам удается проскользнуть мимо блоков иммунной системы, и система перестаёт «замечать» их, она их просто игнорирует. 

Идея иммунотерапии –  помочь организму создать сильную иммунную защиту внутри самого организма, которая будет в конечном счёте убивать раковые клетки.

 Иммунотерапия уже несколько лет  используется достаточно эффективно при лечении меланомы. Меланома один из самых опасных видов рака. Хотя меланома составляет лишь около 5% всех раковых заболеваний кожи, большинство случаев смерти, связаны именно с этой формой рака. По сравнению с другими видами рака, ее легко обнаружить на ранних стадиях заболевания. Однако меланома может распространяться и метастазировать в другие части тела гораздо быстрее, чем другие виды рака. Именно метастазирование является основной причиной смерти от этой болезни.

Лечение меланомы зависит от особенностей опухоли и от стадии обнаружения рака. Если опухоль была обнаружена на ранней стадии заболевания, обычно удаляют опухоль хирургическим путем.

 Но если биопсия показывает, что раковые метастазы распространились на лимфатические узлы, то требуются дополнительные методы лечения, которые могут включать, в частности, химиотерапию, лучевую терапию, участие в клинических испытаниях, если таких проводятся.

В последние годы иммунотерапия показывает потрясающие результаты при лечении рака кожи. В 2011 году Американская Федерация по надзору за лекарственными препаратами одобрила к использованию два препарата, которые укрепляют иммунитет организма против раковых новообразований: Ипилимумаб ((Ipilimumab или MDX-010 или MDX-101) и Вермурафениб( Vermurafenib). Первый влияет на мутацию гена в клетке, второй стимулирует иммунную систему, которая начинает бороться с метастатической меланомой. Эти препараты подходят для 50-60% больных меланомой, но они единственные пока, разрешенные к использованию FDA. Доказанный факт, что эти препараты не только улучшают качество жизни больных, но спасают жизни. Исследование, основанное на клинических испытаниях (было проведено более, чем 300 испытаний), в которых участвовали больные с 3-ей стадией меланомы, показали, что смертность уменьшилась на 32%.

Еще одно орудие против смертоносной болезни – использование в лечении цитокинов (клеточных гормонов). Цитокины помогают усилить иммунный ответ организма, который создают иммунотерапевтические препараты.

Они выступают как бы в роли «передатчиков», привлекая другие иммунокомпетентные клетки в место, где они наиболее необходимы, и усиливая способность антираковых тел в организме уничтожать злокачественные опухоли.

У иммунотерапевтических препаратов есть побочные эффекты, но они незначительны, и сразу после прекращения приема препарата они исчезают. Лечение может сопровождаться лихорадкой, поносом, ознобом или усталостью. Уже несколько лет в Израиле при лечении меланомы и других видов злокачественных опухолей успешно применяют методы клеточной иммунотерапии: в основании методов лежит усиление иммунной реакции организма на раковые клетки. Израиль, наравне с ведущими странами мира в области лечения злокачественных опухолей, проводит всё новые клинические исследования в этой революционной области, такие, как, например, лечение методом клеточной иммунотерапии Adoptive Immunotherapy и методом инфильтрации лимфоцитов. Уже получены позитивные результаты, которыми заинтересованы ведущие клиники мира. Иммунотерапевтические препараты блокируют распространение раковых клеток в организме, усиливают иммунную систему, что позволяет ей создавать антитела, способные самостоятельно уничтожать раковые клетки.  Сегодня мы уже можем говорить  о настоящем прорыве в лечении рака, так как иммунотерапевтические препараты не излечивают болезнь, но они заставляют организм побеждать болезнь самостоятельно, противостоять ей эффективно и на долгие годы. Конечно, пока рано говорить об окончательном решении проблемы рака при помощи иммунотерапии, но тысячи пациентов уже получили шанс на жизнь.
 

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector